Айзеншпис юрий смерть от спида

Айзеншпис юрий смерть от спида

Переезд склада в Европу.
Реализуем препараты от гепатита С в России по закупочной цене - ликвидация склада
Перейти на сайт

Неизвестное советским гражданам иностранное слово «продюсер» впервые ввел в лексикон Юрий Айзеншпис. До него людей, занимавшихся организацией концертной деятельности, обычно называли администраторами, импресарио или концертными директорами. Новшество Айзеншписа коснулось не только формального названия, а самой сути деятельности. Помимо организации гастролей и решения чисто бытовых вопросов в поездках, он вкладывал собственные деньги в артиста, в его рекламу и продвижение, а взамен, «раскрутив» его, получал прибыль.

Юрий Айзеншпис был бизнесменом до мозга костей и поднял отечественную музыкальную индустрию на новый уровень. Первопроходцу отечественного шоу-бизнеса едва исполнилось 20 лет, когда он попытался внедрить на практике свои представления о профессии продюсера. Он взял под крыло московскую рок-группу «Сокол». На дворе шел 1965 год. В стране Советов крайним проявлением музыкального авангарда считались исполнители подобные Валерию Ободзинскому. Официально признанную музыку представляли бессмертный Иосиф Кобзон, Людмила Зыкина и еще кто то в этом роде.

Еще не началась эра отечественных вокально-инструментальных ансамблей, а Юрий Айзеншпис уже начал оперировать абсолютно непонятным для рядового советского уха словосочетанием «рок-группа», взятым из западной музыкальной индустрии. Сам же первый продюсер Советского Союза познакомился с современной музыкой с виниловых пластинок, которыми он успешно фарцевал.

Его родители – ветераны Великой Отечественной войны, не могли представить, что их сын с молодых лет станет в СССР асоциальным элементом и проведет в тюрьмах 17 долгих лет. Его отец – еврей с испанскими корнями, предки которого переселились в Польшу. В 1939 году с потоком польских беженцев, спасающихся от наступления гитлеровских войск, он попал на свою новую родину, которую ему пришлось защищать с винтовкой в руках. Мама – родом из Белоруссии, 3 года партизанила в лесах.

Юрий Айзеншпис родился в 1945 году в Челябинске. Родители переехали в столицу, где жили весьма скромно – в обычном бараке. Только в 1961 году они переехали в «хрущевку» близ станции метро «Сокол». Айзеншпис пошел учиться в Московский экономико-статистический институт. Экономику ему пришлось изучать не только в аудиториях высшего учебного заведения, но и на улице, где он «толкал» ценителям рок-музыки диски «Битлз» и «Роллинг стоунз».

Сам фарцовщик превратился в неистового меломана, собрав у себя редкую коллекцию альбомов западных рок-музыкантов. За пластинками наступил черед модных импортных шмоток, дефицитных меховых изделий и музыкальной аппаратуры. Постепенно у Айзеншписа в руках оказалась сеть клиентов и поставщиков. Он установил связи с иностранцами. В число его знакомых вошли послы иностранных государств и их дети. Будучи студентом, он уже не бедствовал, как в детстве. Везде и всегда с тех пор ему удавалось обеспечивать себе уровень жизни значительно выше среднего номинала. Тогда же он попробовал заработать на продюсировании музыкального коллектива, но продолжить первый опыт ему пришлось почти через 2 десятка лет.

По окончании вуза Юрий Айзеншпис устроился на работу экономистом в Центральное статистическое управление. Работа не сильно утруждала его. Подпольный бизнес достиг гигантских размеров. Юрий Айзеншпис переключился на иностранную валюту и золото. Оборот незаконных операций почти сравнялся с бюджетом учреждения, где он числился сотрудником. Многочисленные агенты рядового экономиста скупали валюту у московских таксистов и проституток. Золотыми слитками в те времена уже во всю официально торговал «Внешторгбанк».

С «валютчиками» в СССР занималось вездесущее КГБ. В 1970 году Айзеншписа вполне ожидаемо арестовали. При обыске на его квартире у него обнаружили $17 тыс и 10 тыс «деревянных» рублей – гигантские по тем временам суммы денег. Подпольного миллионера осудили на 10 лет заключения. Будучи по воровской классификации «барыгой», Айзеншпис, тем не менее, на «зоне» не бедствовал. Пластинки и валюту заменили чай, сигареты и спиртное. Прирожденный бизнесмен не терял времени и в колонии. Через 7 лет его выпустят по УДО. Он вернется в Москву, но буквально через несколько недель вновь окажется в СИЗО и все по той же «валютной» статье. В этот раз при обыске обнаружат $50 тыс, но все купюры окажутся фальшивыми.

Снова 10 лет неволи. В апреле 1988 года, выйдя за пределы «запретки» Юрий Айзеншпис окажется в абсолютно новом мире. Он увидел, что ему сильно не повезло в жизни. Две судимости ему дали ни за что. В дальнейшем он добьется своего полного оправдания. Не удастся вернуть только уникальную коллекцию «винила». Преследуемая в социалистическом государстве спекуляция получит другое толкование – обычный бизнес, рыночная экономика. Интереса возобновлять торговые операции с валютой или иным товаром у Айзеншписа не было. Возраст уже не тот, да и здоровье было сильно подорвано тюрьмой. Он обзавелся букетом хронических заболеваний – сахарный диабет, цирроз печени. В тюрьме ему пришлось переболеть гепатитом 2-х видов.

Продюсер Юрий Айзеншпис

Юрий Айзеншпис решил серьезно заняться музыкой. Первоначально рецидивиста приютило творческое объединение «Галерея», работавшее под крылом городского комитета ВЛКСМ. Юрий Айзеншпис всегда отличался высокой коммуникабельностью и невероятной способностью к адаптации в любых условиях. Это помогала ему в работе. Идейные комсомольцы почувствовали вкус денег и не прочь были подзаработать на молодых талантах. Айзеншпис быстро вошел в курс дела в музыкальном бизнесе и вскоре отказался от патронажа, начав работать на себя.

Его первым продюсерским проектом стала группа «Кино» и ее лидер . Тогда же он впервые назвал себя продюсером. В 1990 году Юрий Айзеншпис первым в СССР полностью оплатил собственными средствами выпуск «Черного альбома» группы «Кино». До него так никто не рисковал поступать. После Цоя он занимался рок-группами «Технология», «Моральный кодекс» и «Динамит». Следом за коллективами наступил черед сольных исполнителей – Влада Сташевского, Кати Лель, Димы Билана и еще нескольких меньшего калибра.

Для финансирования проекта Сташевского Айзеншпис привлек хорошо знакомого ему по годам заключения Александра Макушенко, которого он знал, как Сашу Цыгана. Музыка в руках бизнесмена оказалась привлекательным инструментом для зарабатывания больших денег. В 2001 году Айзеншпис становится генеральным директором целого предприятия «Медиа Стар». Все бы было хорошо, но сильно беспокоило здоровье. Юрий Айзеншпис вынужден был придерживаться постоянной диеты, регулярно показываться врачам и постоянно глотать кучу таблеток.

Юрий Айзеншпис — причина смерти

В сентябре 2005 года у него откроется желудочное кровотечение. К огромному букету болезней добавится прободная язва. Врачи успешно ликвидирую новую проблему, но на следующий день больной скончается от инфаркта миокарда. Первый раз инфаркт настиг его сразу после второго освобождения из «зоны». Его похоронят на Домодедовском кладбище в пригородах Москвы.

Самыми успешными проектами продюсера Айзеншписа считаются первый и последний по счету. Виктор Цой до сих пор считается культовым певцом у любителей рока, а Дмитрий Билан единственный из отечественных поп-исполнителей завоевал престижнейшую победу на «Евровидении». Продюсеру не удастся дождаться успеха певца, который наступит через 2 дня после кончины.

После смерти продюсера Дима Билан станет объектом нападения для гражданской супруги Айзеншписа Елены Ковригиной, пытавшейся обосновать в суде свое право на бренд имени исполнителя, который, как она считала, полностью принадлежит гражданскому мужу и утверждала, что «звезда» не выполнила какие то условия договора. Отстоять свою правоту ей не удалось. Дима Билан попал в руки другого продюсера Яны Рутковской.

Через 11 лет после похорон Юрия Айзеншписа его фамилия вновь окажется в криминальных сводках. Полицией будет арестован сын продюсера Михаил, в вещах которого будут обнаружены полтора грамма кокаина. Несмотря на продемонстрированную склонность к криминалу, сын полностью не пошел по стопам отца. Музыка оказалась не для него.

Жидовский телевизор. Дискриминация русских на телевидении. Сборник статей и заметок. Составитель Анатолий Глазунов и др.

«Акула шоу-бизнеса» Юрий Айзеншпис — жидовин

Десятки тысяч русских поклонников известных «звёзд эстрады» не знали и не знают про этого жидовина, а ведь этот жидовин зажёг несколько известных звёзд. Именно жидовин Айзеншпис ввел в обиход российского шоу-бизнеса понятие «продюсер», был одним из первых продюсеров в России, и «убедительно доказал, что поп-звездой можно сделать любого».

Юрий Шмильевич Айзеншпис родился в 1945 в Челябинске, где находилась в эвакуации его мать москвичка Мария Михайловна Айзеншпис (1922—1991). По национальности — жидовинка. Отец — Шмиль Моисеевич Айзеншпис (1916—1989) — польский жидовин. Он убежал из Польши в СССР, спасаясь от немцев, был на фронте. Родители после войны возвратились в Москву. Работали в ГУАСе (Главном управлении аэродромного строительства).

Валютчик Айзеншпис

Продюсер Димы Билана и Виктора Цоя отсидел более 17 лет в советских лагерях

Менеджер рок-андеграунда

Выпускник Московского экономико-статистического института, Айзеншпис не любил свою скучную профессию. С детства его тянуло к спорту и музыке. Еще шестнадцатилетним он устраивал полуподпольные концерты первых советских рокеров, а затем стал администратором группы «Сокол», вместе с которой даже устроился на работу в Тульскую филармонию. Поскольку музыканты много гастролировали, месячный доход Айзеншписа доходил до 1500 рублей (советские министры тогда получали всего тысячу).

В 1968 году 23-летний Айзеншпис уволился из филармонии и поступил на работу младшим научным сотрудником в Центральное статистическое управление СССР с окладом в 115 рублей. Но на рабочем месте «мажор», пахнувший французским парфюмом, показывался редко. Используя связи с директорами магазинов, он смог выбить для своих коллег почти двести дефицитных продуктовых заказов. Поэтому на его постоянные отлучки смотрели сквозь пальцы. Такой вольготный режим помогал Айзеншпису вести вторую, параллельную жизнь, которая приносила ему совсем другие доходы.

Подпольный миллионер в 25 лет

Проводником Айзеншписа в мир валютных махинаций был Эдуард Боровиков по кличке Вася, который играл в футбольной команде мастеров «Динамо». «Я покупал иностранную валюту или чеки, — рассказывал Айзеншпис, — на них в магазине «Березка» приобретал дефицитные товары и затем реализовал через посредников на «черных рынках». В те времена доллар стоил на «черном рынке» от двух до семи с половиной рублей. Скажем, шубу из синтетики можно было купить в «Березке» за 50 долларов, а продать за 500 рублей».

Его карьера развивалась по накатанной схеме: подручный — младший компаньон — дольщик. Затем Айзеншпис отважился работать в одиночку. Первым его крупным самостоятельным делом стала скупка радиоприемников «Панасоник», в валютном магазине «Березка». Это были элегантные четырехдиапазонные изделия двух моделей — по 33 и 50 долларов. Айзеншпис решил отвезти 25 «панасоников» в Одессу, где они еще были в диковинку и стоили гораздо больше, чем в Москве. И он не прогадал — приемники ушли влет.

В 1969 году в Москве произошло два внешне незаметных, но весьма примечательных события. Некто Мамедов, первый секретарь Октябрьского райкома партии города Баку, открыл в столице на имя жены сберкнижку и положил на нее 195 тысяч рублей — тогдашний заработок рядового трудящегося за 108 лет. В том же году на Пушкинской улице открылась коммерческая контора Внешторгбанка, где продавали золото высшей пробы в слитках весом от 10 граммов до одного килограмма. Золото мог приобрести любой гражданин, но только за валюту.

Какое отношение эти события имеют к Айзеншпису? Самое прямое. СССР уже загнивал, в южных республиках расцвели теневая экономика и коррупция. В том же Азербайджане, например, должности распродавались почти открыто: директор театра -10 тысяч рублей, секретарь райкома партии — 200 тысяч, министр торговли — четверть миллиона. «Покупатели», чтобы оправдать свои расходы, занимались поборами и расхитительством. Полученные деньги нужно было куда-то вкладывать. Лучше всего в «нетленку» — валюту, бриллианты и золото.

К услугами этих людей в Москве было примерно сто человек, занимавшихся валютой и золотом по-крупному. Свою «тему» сумел нащупать и Айзеншпис. Килограмм золота в той самой конторе Внешторгбанка продавался за полторы тысячи долларов. Если даже покупать доллары по 5 рублей, он обходился в 7,5 тысячи. Плюс один рубль за грамм платился иностранным студентам, которые покупали золото. В итоге — 8500 рублей за килограммовый слиток. А продавался он за 20 тысяч рублей. 11 500 рублей прибыли — гигантский барыш, если вспомнить, что медсестра получала тогда 60 рублей в месяц.

Торговля благородным металлом шла бойко. Айзеншпису приходилось покупать практически каждый день от полутора до трех тысяч баксов по курсу 2 — 3 рубля за доллар. Каждый вечер он контактировал с большим количеством людей — таксистами, путанами, официантами и даже дипломатами (например, сыном индийского посла). «Объем сделок, которые я совершал, — говорил Айзеншпис, — доходил до миллиона долларов».

Подпольному миллионеру было тогда всего 25 лет. ]

Десять лет с конфискацией

В конце 1969 года в Москве был арестован видный валютчик Генрих Караханян по прозвищу Ворона, а январе 1970-го пришел черед Айзеншписа. В момент задержания в его кармане находилось 18 тысяч рублей, то есть зарплата примерно за десять лет работы в родном НИИ. Основными обвинительными статьями в деле Айзеншписа были 154-я, ч. 2-я («Спекуляция в особо крупных размерах»), и 88-я, ч. 2-я («нарушение валютных операций»). По их совокупности в случае первого срока давали, как правило, не более 5 — 8 лет. Но Айзеншпис получил «десятку». Причем усиленного режима. По приговору суда у него конфисковали не только валюту, золото, мохер (список занял семь страниц), но и коллекцию виниловых пластинок в 5 тысяч дисков, а самое главное — комнату в 26 квадратных метров в квартире, где он проживал с родителями и зачем-то сделал раздельный лицевой счет.

Отсидев в Красноярске, Туле и Печоре, Айзеншпис вышел на волю — по условно-досрочному освобождению — в мае 1977 года. Но воздухом свободы Юрий Шмильевич подышал всего три месяца. Уже в августе, прикупив у иностранцев 4 тысячи долларов, они с компаньоном были арестованы на Ленинских горах. Бывший легкоатлет, Айзеншпис бросился бежать. По пути он успел выбросить все доллары, рубли и даже ключи от квартиры.

Не помогло… На этот раз ему дали восемь лет. Плюс то, что он не досидел по условно-досрочному освобождению. В общей сложности — снова «десятка». Второй срок он отбывал в Мордовии, в печально известном Дубровлаге. Зона носила название «Мясорубка», потому что каждый день там убивали по три-пять человек.

Под колпаком КГБ

В августе 1985 года Айзеншпис вышел опять по УДО — срок за хорошее поведение скинули на год и восемь месяцев. Вернувшись в столицу, он познакомился в ресторане с женщиной, которая была замужем за арабом, часто выезжавшим за рубеж. Новая знакомая предложила Юрию Шмильевичу обновить его гардероб. Предлагаемые вещи были выше качеством, чем в пресловутой «Березке». Сначала Айзеншпис оделся сам, потом одел друзей, а потом превратил перепродажу модных шмоток в промысел. Его месячный заработок составлял несколько тысяч рублей. Несопоставимо с тем, что он имел на золоте, но все-таки в 5 — 6 раз больше, чем у министров и секретарей ЦК.

Неприятности начались, когда оборотистый араб попал под колпак КГБ. Отслеживая все его связи, чекисты вышли на Айзеншписа. В октябре 1986-го на только что купленных «жигулях» шестой модели Айзеншпис приехал на очередную встречу возле Театра имени Моссовета. Здесь его и задержали сотрудники милиции. В багажнике обнаружили несколько кассетных магнитофонов «Грюндиг», парочку супердефицитных видеомагнитофонов и видеокассеты.

Айзеншпису невероятно повезло, что его подельник-араб вовремя успел убежать за границу. Без главного фигуранта уголовное дело стараниями адвокатов успешно развалилось. Тюремные нары Юрий Шмильевич покинул в апреле 1988 года, отсидев в следственном изоляторе семнадцать месяцев. Это была его последняя отсидка.

Карабас-Барабас и его марионетки

Оказавшись на свободе, Айзеншпис угодил в самое пекло перестройки. Вскоре приятель Александр Липницкий (пасынок Вадима Суходрева, личного переводчика Брежнева) ввел его в тогдашнюю рок-тусовку. Сначала Айзеншпис возглавил дирекцию фестиваля «Интершанс», потихоньку изучая закулисье и скрытые пружины доморощенного шоу-бизнеса, а вскоре взялся продюсировать поп-группу «Технология». Свое кредо Юрий Шмильевич изложил предельно откровенно: «Продвигать» артиста — функциональная обязанность продюсера. И тут любые средства хороши. Путем дипломатии, подкупа, угроз или шантажа». Именно так он и действовал, заслужив прозвище «акулы шоу-бизнеса». Но даже коммерческие успехи его подопечных — групп «Технология», «Динамит», «Кино», певицы Линды, Влада Сташевского и Димы Билана — принесли ему несоизмеримо, меньше денег, чем он заработал в свой собственный звездный пик на золото-валютных операциях.
http://www.rospres.com/showbiz/7620/

Итак, вышел из тюрьмы в 1988 году, отбыв в заключении 18 лет.

Работает в творческом объединении «Галерея» при горкоме комсомола, организуя концерты молодых исполнителей. В начале 1989 года Айзеншпис продюсирует группу «Кино» и одним из первых нарушает государственную монополию на издание пластинок. В 1990 году, взяв в кредит 5000000 рублей, выпустил последнюю работу группы «Кино».

С 1991 года по 1992 год сотрудничает с группой «Технология».
С 1992 по 1993 продюсировал группы «Моральный кодекс» и «Янг Ганз». В 1994 делает звезду из Влада Сташевского — парня с весьма сомнительными вокальными данными, но яркой внешностью. В 1993 году заметил выпускницу джазового колледжа Линду и помог ей сделать первые шаги. В 1997 продюсирует певиц Ингу Дроздову и Катю Лель, и с 1998 по 2001 — певца Никиту, а в 1999-2000 певицу Сашу. В книге Евгения Додолева «Влад Листьев. Пристрастный реквием» упомянуто, что жидовину Айзеншпису в продвижении некоторых артистов помогал уголовный авторитет Александр Макушенко известный как «Саша Цыган».

«Суды у нас не действуют, — говорил крутой жидовин Айзеншпис. — А «продвигать» артиста — это функциональная обязанность продюсера, и для него нет понятий «хорошо» или «плохо». Главное — цель. Любой ценой. Путем дипломатии, подкупа, угроз или шантажа. В конечном итоге — это всего лишь эмоции. Но в момент движения к цели ты должен действовать как танк».

С 2000 вёл дела группы «Динамит». С 2001 — генеральный директор компании «Медиа Стар». Умер в сентябре 2005 от инфаркта миокарда.

Незадолго до смерти написал книгу «Зажигающий звезды».

Айзеншпис писал в этой книге: «Я — еврей. Моя мама еврейка и папа той же национальности. И что из этого? Ровным счетом ничего…Я не чту иудаизм, не знаю его традиций и не интересуюсь его историей. Не считаю евреев ни самым умным, ни самым гонимым, ни вообще каким-то исключительным народом. Говорят, евреев в России всегда притесняли. Не знаю, не уверен. Во всяком случае, как мою семью обошли стороной сталинские репрессии, так и меня совершенно не затронул антисемитизм. Ни в школе, ни дальше по жизни я не слышал обидных слов типа «жид» или «жидовская морда», брошенных в лицо или в спину».

«Многие говорят об антисемитизме, о сионизме. Эти политические явления прошли как-то мимо меня. Я ничего такого не чувствовал ни в школе, ни в институте. И в тюрьме не ощущал».

«Покойный Юрий Шмильевич Айзеншпис был известен также тем, что не только сам имел всех своих поп-выкормышей, но и поставлял их гомосекам из числа нашей новой элиты. Через этот конвейер прошли все его фоп-звезды…»

Популярный артист Дима Билан сейчас не имеет права выходить на сцену и выпускать альбомы. 29 марта на пресс-конференции в «РИА Новости» об этом рассказала Елена Ковригина , вдова продюсера Юрия Айзеншписа .

ПО ТЕМЕ

В начале пресс-конференции Елена Ковригина объявила, что на десятый день после смерти Юрия Айзеншписа она обратилась к адвокату Павлу Астахову с просьбой подготовить все документы для того, чтобы сын продюсера Миша Айзеншпис вступил в право наследования. Ковригина беспокоилась о том, чтобы права ее сына не были ущемлены.

Дело в том, что в начале своей творческой деятельности Виктор Белан (Дима Билан) подписал контракт с продюсером Юрием Айзеншписом о том, что бренд, имидж и репертуар артиста «Димы Билана» принадлежат продюсерскому центру Айзеншписа «StarPro» . В контракте также указывалось, что если Дима Билан разрывает отношения со «StarPro», то он не имеет права выступать в течение следующих десяти лет . По Гражданскому кодексу после смерти Юрия Айзеншписа компания «StarPro» перешла в собственность сына продюсера Миши Айзеншписа.

Павел Астахов продемонстрировал журналистам документы , подтверждающие, что права на бренд, имидж, и репертуар Димы Билана по праву прямого наследования принадлежат 15-летнему Мише Айзеншпису. А пока ребенок не достигнет совершеннолетия, распоряжаться собственностью сына будет его мать и опекун Елена Ковригина.

По словам Елены Ковригиной, шоу-бизнес ей не интересен и артистом Димой Биланом она заниматься не собирается. Она подписала договор с компанией «Союзконцерт», которой передаются права, связанные с проектом «Дима Билан» . Представители компании «Союзконцерт», присутствующие на пресс-конференции, в свою очередь заявили, что теоретически возможно, что они передадут проект «Дима Билан» какой-нибудь из западных компаний. Напомним, спор о правах на использование сценического имени певца разгорелся в сентябре 2005 года после смерти Айзеншписа. «Тогда Билан исчез из нашего поля зрения и объявился уже с новыми хозяевами. Он ушел от компании, посчитав, что смерть Айзеншписа избавляет его от всех договоров . Но он не имеет права просто развернуться и уйти, потому что речь идет о юридически нерешенных вопросах. Это бизнес и ничего более», — сказала на пресс-конференции Елена Ковригина. Осенью 2005 года Елена Ковригина вела переговоры с новым продюсером Димы Билана Яной Рудковской. Речь шла о двух миллионах долларов, которые по словам Ковригиной, Юрий Айзеншпис вложил в Диму Билана и оборудование его студии. Елена предлагала новым продюсерам возместить центру «StarPro» эти затраты. Но переговоры тогда неожиданно прекратились. Никаких выплат со стороны Димы Билана не было. Певец продолжал выступать, при этом не отвечал на телефонные звонки, и лишь однажды приехал домой к Ковригиной и привез для Миши пачку чипсов и банку кока-колы. Также Елена сообщила, что Дима Билан до сих пор прописан в квартире, которая принадлежала Юрию Айзеншпису.

Кстати, выступление Димы Билана на конкурсе песни «Евровидение», как и любые другие выступления певца после смерти Айзеншписа, тоже можно трактовать, как нарушение закона .

Свое почти двухлетнее молчание Елена Ковригина объяснила тем, что еще на переговорах с представителем новых продюсеров и Димы Билана она обещала не поднимать шумиху вокруг этого вопроса. А потом занималась подготовкой всех необходимых документов. Будут ли к Диме Билану применяться штрафные санкции за несоблюдение контрактов, ни Елена Ковригина, ни Павел Астахов, не сообщили.

Юрий Шмильевич Айзеншпис родился через месяц после окончания Великой Отечественной войны в Челябинске. В то время мать продюсера находилась там в эвакуации. Юрий Шмильевич происходит из необычной семьи. Предки отца жили в Испании, но при этом в паспорте у Шмиля Моисеевича страной рождения указана Польша. Уже во взрослом возрасте мужчина сбежал в СССР, опасаясь расправы нацистов.

Интересно, что настоящее имя отца Юрия – Шмуль. Сотрудник НКВД, заполняя паспорт, перепутал. Так получился Шмиль Айзеншпис. Мужчина прошел ВОВ, побывал в Берлине. При этом солдат ни разу не был ранен. У матери Юрия Шмильевича биография не менее интересная. Мария Михайловна родилась в Белоруссии.

После смерти родителей была передана на воспитание дальним родственникам. Из-за начавшейся войны получить диплом журналиста не успела. Мария Михайловна вступила в партизанский отряд, несколько раз едва не попала в руки немцев. В послевоенные годы была награждена медалями и орденами.

Знакомство родителей Юрия произошло на Белорусском вокзале в 1944 году. После окончания войны Мария Михайловна и Шмиль Моисеевич оказались в Главном управлении аэродромного строительства. По тем временам семья Айзеншпис жила хорошо. У них в доме присутствовали телевизор и патефон с большой коллекцией пластинок.

Вплоть до 1961 года семья продюсера жила в деревянном бараке, но потом переехала в квартиру, расположенную в московском районе Сокол. Юрий Шмильевич был спортивным ребенком, посещал спортивную школу. Продюсер был поклонником гандбола, волейбола и легкой атлетики. Из профессионального спорта пришлось уйти из-за травмы ноги.

Первые шаги в роли администратора Юрий делал уже в юности. В 1965 году мужчина начал сотрудничать с рок-группой «Сокол». Несмотря на явную тягу к шоу-бизнесу, Айзеншпис получил экономическое образование в Московском экономико-статистическом институте.

Музыка и продюсирование

Карьера продюсера для Юрия Шмильевича началась еще во время учебы в институте. Сотрудничество с рок-группой не помогло достичь желаемых высот. Потом Айзеншпис угодил в тюрьму за проведение незаконных валютных операций. После выхода из заточения продюсер попал в перестроечный мир, который стал отправной точкой для развития карьеры в шоу-бизнесе.

Знакомство с Александром Липницким позволило Айзеншпису стать руководителем фестиваля «Интершанс». Постепенно мужчина изучал основы закулисной жизни, выявлял методы влияния на музыкантов, позже перешел к продюсированию.

«Продвигать артиста – функциональная обязанность продюсера. И тут любые средства хороши. Путем дипломатии, подкупа, угроз или шантажа», — заявлял Юрий Шмильевич.

Такой подход к делу оказался успешным. Из обычного продюсера Айзеншпис быстро поднялся до звания акулы шоу-бизнеса. Юрий начал помогать исполнителям, которые хотели оказаться на большой сцене. Не каждый подходил Айзеншпису. Продюсер, зажигающий звезды, выбирал артистов, способных «зацепить» зрителя. Обязательным условием стало наличие репертуара. Для продвижения музыкантов Юрий Шмильевич использовал СМИ и телевидение.

В 1988 году в руки Айзеншписа попадает группа «Кино». К этому времени музыканты уже самостоятельно достигли определенного уровня, но требовался профессиональный подход к продвижению. Сотрудничество двух талантливых людей – Юрия Шмильевича и — дало плоды.

Известность продюсера и музыканта взлетела до небывалых высот. Через два года Виктор Цой погибает. Айзеншпис берет кредит в 5 миллионов рублей и выпускает посмертную пластинку музыканта «Чёрный альбом». Тираж диска превысил 1 миллион экземпляров. На этом проекте продюсер заработал 24 миллиона.

Музыканты группы «Кино», Евгений Додолев и Юрий Айзеншпис на презентации «Чёрного альбома»

Карьера Юрия Шмильевича развивалась стремительно. После «Кино» последовал еще один коллектив – «Технология». Фактически с нуля Айзеншпис раскрутил группу. Молодые музыканты стали популярными. По неизвестной причине спустя год совместной работы дороги продюсера и подопечных расходятся.

Уже в 1992 году Юрия Айзеншписа признают лучшим продюсером страны. Через год после официального признания он знакомится со Светланой Гейман, известной под псевдонимом . Проработали они несколько месяцев, после чего раскруткой певицы занялся .

В течение 6 лет Юрий Шмильевич сотрудничал с известным в 90-х годах певцом . Совместная работа привела к записи 5 альбомов. Айзеншпис увеличил популярность и узнаваемость Влада в разы. Музыканта приглашали на крупные концерты и мероприятия в России и США.

В послужном списке Юрия Айзеншписа присутствуют такие звезды, как , Никита, группа «Динамит». Главным достижением в работе продюсера стал . Под руководством Юрия Шмильевича об артисте узнали в России.

Айзеншпис описывал яркие моменты жизни и работы в книгах. Продюсер издал «Зажигающий Звезды. Записки и советы пионера шоу-бизнеса», «От фарцовщика до продюсера. Деловые люди в СССР» и «Виктор Цой и другие. Как зажигают звезды». В память о продюсере вышла передача на телеканале «ТВЦ» под названием «Дикие деньги».

Личная жизнь

Вокруг Айзеншписа постоянно ходили слухи. В шоу-бизнесе заявляли, что продюсер привнес в работу так называемое «голубое лобби». Раньше мужчине приводили женщин для раскрутки, позже стали появляться любовники политиков и бизнесменов. Не раз Юрия Шмильевича и подопечных продюсера называли геями, но официального подтверждения ориентации мужчин найдено не было.

«Отсидка в тюрьме могла повлиять на ориентацию Айзеншписа», — высказывал предположения , экс-супруг .

Многочисленные слухи не помешали жить гражданским браком Юрию Шмильевичу с Еленой Львовной Ковригиной.

После смерти Айзеншписа она быстро устроила свою личную жизнь, выйдя замуж за режиссера Леонида Гойнинген-Гюне. У Юрия и Елены родился сын Михаил. В 2014 году молодой человек попал в полицию в связи с употреблением наркотических веществ. Во время досмотра у Михаила нашли 1,5 грамма кокаина.

Смерть

Тюремное заключение негативно сказалось на здоровье продюсера. Долгое время Юрий Айзеншпис скрывал то, что у него есть серьезные проблемы. Официально причиной смерти является инфаркт миокарда, но к этому привел ряд диагнозов, в том числе цирроз печени, желудочно-кишечное кровотечение, гепатиты В и С. Информация о том, что у Юрия Шмильевича был СПИД, который привел к смерти, не подтверждена документально.

За три дня до смерти Айзеншпис почувствовал себя плохо. Врачи решили госпитализировать продюсера. После манипуляций состояние улучшилось, поэтому Юрий Шмильевич уговорил докторов выпустить из больницы. Продюсер хотел увидеть, как Дима Билан получит престижную музыкальную премию «MTV-2005».

До церемонии продюсер не дожил два дня. Жизнь Айзеншписа оборвалась на 61-м году. Похороны проходили на Домодедовском кладбище. На церемонии прощания присутствовали артисты, композиторы и другие деятели шоу-бизнеса. Многочисленные фото скорбящего Димы Билана облетели Интернет. Могила продюсера находится рядом с родительской.

Директор Юли Началовой, которого все считали её любовником, оказался «подружкой»

По сложившейся традиции, большинство поп-звезд выходят на сцену в сопровождении танцоров, которые у них за спиной выделывают разнообразные па. Как эти мальчики и девочки попадают к звездам, в каких отношениях с ними состоят и сколько получают за свою работу — зрители обычно не задумываются. Между тем, это целая отдельная отрасль шоу-бизнеса, которая кормит большое количество людей. Некоторые секреты этого сообщества нам удалось выведать у продюсера Виталия МАНШИНА, возглавляющего один из основных центров подготовки танцоров — школу современного танца «Дункан».

Наша школа была создана десять лет назад бывшей танцовщицей ансамбля «Березка» Ольгой Замятиной и изначально ориентировалась на любителей, — начал свой рассказ Маншин. — Потом Замятина по личным обстоятельствам отошла от дел, и школа оказалась на грани закрытия. А у меня там репетировали группа «Рефлекс» и другие артисты, с которыми я в то время сотрудничал. И я решил выкупить школу у Замятиной и перевести ее на профессиональное русло по образцу студии «Тодес» Аллы Духовой . Первым нашим «звездным» клиентом стал Коля Басков . Самое смешное, что он жил в одном доме с Духовой, и ему была прямая дорога к ней. Но мой товарищ затащил Баскова к нам в «Дункан». Коля подошел к делу серьезно и лично отбирал каждого танцора. Подготовить собранный коллектив к работе я поручил Артему Быкову , который раньше работал в балете у Жасмин . Он был весь переломан, был практически профнепригодный полуинвалид. Но он уверил меня, что сможет работать. И я из жалости его взял.

Грубый Басков

Поначалу Быков успешно справлялся с обязанностями руководителя, — продолжает Виталий. — Но через полгода внутри коллектива начался бунт. По условиям контракта, все танцоры должны были отчислять мне небольшой процент от заработков. За это им предоставлялись возможность репетировать на нашей базе, а также ряд дополнительных услуг — солярий, спортклуб и т.д. Но, поработав у Баскова, они быстро забыли, что это я их туда устроил, и решили: «Зачем платить проценты?!» Начали обливать меня грязью, жаловаться Коле, будто я их обираю, не даю им зал для репетиций. Доходило до абсурда. Я иногда выезжал с ними на гастроли, чтобы проконтролировать, как идет работа. И однажды за ужином разговорился с 20-летним скрипачом из аккомпанирующего состава Баскова. Он очень переживал за свою карьеру и стал просить меня о помощи. Я объяснил, что далек от классической музыки. И посоветовал обратиться к знакомому концертмейстеру из оркестра. Кто-то сразу же донес об этом Баскову. Коля позвонил мне среди ночи из Киева и начал возмущаться: «Маншин, ты ох…л?! Ты чего у меня людей уводишь?!» Тут же мне перезвонил тогдашний тесть Баскова Борис Шпигель и строго сказал: «Тебе что, не сидится ровно?! Занимаешься своим балетом — и дальше занимайся!»

Отдушина для Айзеншписа

К сожалению, с подобной неблагодарностью не раз приходилось сталкиваться и мне, и той же Духовой, и другим нашим коллегам, — грустно улыбнулся Маншин. — Вот недавно руководитель балета «Стрит-джаз» Сергей Мандрик жаловался мне, что его питомцы совершенно не ценят добро, которое им делают. Возможно, это связано с тем, что 95 процентов танцоров — из провинции. Они в большей степени, чем москвичи, готовы идти по трупам. Им надо как-то устраиваться в столице. И мораль стоит у них на последнем месте. А артисты и их продюсеры нередко идут у них на поводу. Взять хотя бы историю с танцевальным коллективом Димы Билана . В свое время я сам позвонил покойному Юре Айзеншпису и предложил: «Давай мы на пробу бесплатно сделаем твоему Билану номер!». Номер ему понравился. И мы сразу же договорились о дальнейшей работе. С Басковым и его танцорами у меня были заключены контракты. «Давайте и мы что-нибудь подпишем!» — сказал я Айзеншпису. «Это ни к чему! — отмахнулся он. — Мое слово — железное». Мы долго не могли подобрать ему танцоров. Сначала поставили ребят из балета «Мираж» , которые сейчас танцуют у Фриске . Они слетали с Биланом на гастроли. Видимо, Айзеншпис к ним подкатывал. И по возвращении они сказали: «Нет, мы с ним работать не будем». Потом поставили двух девчонок. Но они не понравились Айзеншпису. Его вообще девушки не вдохновляли.

Тогда я предложил пойти к нему трем парням из балета «Дэнс-мастер» . Одним из них был экс-участник «Рефлекса» Денис Давидовский . В свое время Айзеншпис его окучивал, подкатывал к нему на презентациях и говорил: «Переходи ко мне!» Денис сдуру решил уйти из «Рефлекса». Но, попав к Айзеншпису, через три дня прибежал обратно. Упал на колени и сказал: «Простите меня! Это была ошибка». Видимо, там тоже происходило что-то нестандартное. Неудивительно, что Денис и его партнеры по «Дэнс-мастеру» не особо горели желанием работать с Айзеншписом. «А он не будет к нам приставать?» — спрашивали они. «Это как вы себя сами поставите! — отвечал я. — Вон группа «Динамит» работает с ним, и ничего. У них два Ильи — вполне нормальные ребята. И только третий — отдушина для Айзеншписа».

— А многие считают, что танцоры — почти все «голубые» — только и мечтают о мужиках…

Такое процветает в коллективах, близких по стилю к классическому балет, — усмехнулся Маншин. — Тех, кто занимается классикой, почему-то больше в эту сторону несет. А танцоры, работающие в современных стилях, как правило, нормальные пацаны. Во всяком случае, нам за все время не попалось ни одного «голубого». Поэтому все и боялись связываться с Айзеншписом.

Алдонин — не рогоносец

— А много ли платят танцорам?

Члены коллективов таких артистов, как Басков и Билан, получают в среднем по 200 евро с концерта, — прищелкнул языком Маншин. — В коллективах попроще — от трех тысяч рублей в Москве до пяти тысяч на выезде. Концертов может быть и 20 в месяц. А может не быть ни одного. Для сравнения танцоры гоу-гоу в модных клубах, не напрягаясь, стабильно имеют в месяц по 3-5 тысяч долларов. Но не каждый сможет трясти задницей перед пьяными рожами. А у большинства артистов много не заработаешь. За редким исключением, они норовят сэкономить на балете. Например, мы давно дружим с Витей Началовым — папой Юли Началовой . Певица она хорошая, а балет у нее всегда был какой-то хиленький — из девиц подросткового возраста — два прихлопа, три притопа. Я предложил Вите сделать ей что-то посерьезней. Собрал коллектив из шести человек — четыре девчонки и два парня. Одним из парней был пацан из Бразилии, офигительный танцор, который сейчас работает с Топаловым . Началова как раз вышла из декрета и вернулась к работе. У нас к этому времени уже была готова программа. Но тут начала мутить воду «подружка» Юли — ее директор Андрей Трофимов .

Что значит «подружка»? Вроде бы говорят, что директор Началовой — чуть ли не ее любовник, с которым она изменяет мужу — футболисту Евгению Алдонину.

Такого не может быть! Этот Андрей — немножко другой ориентации, — засмеялся Виталий. — Раньше он работал с питомцем Айзеншписа Владом Сташевским . Уж не знаю — то ли наш балет не устраивал его по каким-то половым признакам, то ли он хотел поставить своих танцоров, чтобы с них получать мзду. Но в результате проведенной им подрывной работы Началова отказалась работать с нами под предлогом якобы нашего непрофессионализма. На самом деле претензии были совершенно необоснованны. Все артисты, с которыми мы работали, всегда присутствовали на репетициях балета, делали прогоны. А Началову практически невозможно было затащить репетировать. И какая бы она ни была профессионалка, на сцене получались какие-то ляпы. «Я понимаю, Андрей ездит Юле по ушам, — оправдывался Витя Началов. — Но она так с ним спелась, что я ничего не могу с ней сделать». Потом они еще несколько раз меняли балет. Я видел последний из них. Хореографией это не назовешь. Это какая-то аэробика. Видимо, Началовой так нравится.

Жадная Дэнс

Не сложилось у нас сотрудничество и с Ладой Дэнс , — помотал головой Маншин. — Когда начинаешь с ней общаться, она может притягивать к себе как женщина. Но потом ее резко разворачивает на 180 градусов. Она начинает орать, выдвигать какие-то необоснованные обвинения. Потом она не любит деньги платить. Договорились работать с ней по бартеру. Но она отработала только одно выступление. Причем, чуть его не сорвала. Это была какая-то конференция в Кремле. Там выступал Сергей Дроботенко . А Лада должна была спеть после него две песни. За это мы списывали с нее «трешку». Но она к назначенному времени опоздала. Чтобы заполнить возникшую паузу, бедный Дроботенко вместо десяти минут был вынужден выступать больше часа. Он был уже весь красный и поминутно с надеждой смотрел на нас: «Ну, когда же?» А нам по-любому нужно было вытащить ее на сцену, чтобы получить за нее деньги. В конце концов, Дэнс спела одну песню вместо двух. Потом она устроила скандал и сказала, что я совсем офигел. В итоге она осталась должна полторы тысячи долларов.

просмотров



Источник: mirfakt.ru


Добавить комментарий